Рудольф Баринский || В провинциальном балагане стучит Пьеро на барабане...

В провинциальном балагане стучит Пьеро на барабане,
Потом играет на трубе все то, что знает о себе.
А что он знает - так немного, - возок и вечную дорогу,
Подмостки, и дорогу вновь, и безответную любовь.

Еще он знает, что в партере его талант давно потерян.
И это грустно может быть, но все же надо как-то жить.
Под этим полотняным небом кем только он на сцене не был, -
Ходил в шутах и королях.
И вот стучит на барабане в провинциальном балагане,
Как мальчик на вторых ролях...

Любовь не ведает злодейства, и не чему ей лицедейство,
Когда она всерьез сама, ее глаголы и наречья, и ситцевое просторечье
Для сердца, а не для ума.
К тому же, ни к чему ей, право, Пьеро сомнительная слава, румяный реквизит его.

Какое жалкое притворство, когда под маскою актерства не существует ничего.
И только - маска - и не боле, а мы своей не знаем роли, -
Чужую легче затвердить, и все же надо как-то жить...
...В провинциальном балагане стучит Пьеро на барабане...
Пора бы занавесу быть...