Грозит окруженье стальным замком.
Кому-то идти в заслон.
Это войны жестокий закон,
старый, как мир, закон.
Кто отменит его? Когда?
Какой небывалый бой?
Скорее стеклом застынет вода
и песню прервет прибой.
Взрывая мосты, заступая пути,
простой солдат умирал,
чтоб основные силы спасти,
чтобы ушел генерал.
...Вел мавританский шальной отряд
менее тысячи душ
Арудж Барбаросса, рыжий пират,
рыжебородый Арудж.
Не ради веры, но ради вин,
золота, каторжан
он шел, не щадя ни храмов, ни вилл,
ни грандов, ни горожан.
Испанские части наперехват
двинулись с трех сторон,
но рыжий дьявол, рыжий пират
в жертву принес заслон.
...Сзади - река. Впереди за леском -
блики испанских лат.
Ну что же, велит умереть закон.
Иди и умри, солдат.
Последний удар вслепую обрушь,
проклятья хрипя врагу!
Не правда ли, счастлив ты, что Арудж
уже на том берегу?
А он оглянулся в бегущей толпе,
от остальных отстал -
и вдруг запрокинул в злобной тоске
бешеный свой оскал...
...Иди, не оглядываясь, вперед,
мой гений, мой господин, -
там ждет тебя твой галерный флот
и младший брат Хайраддин.
Урок переправы ты дал врагу,
ни слитка не потерял.
А те, что остались на том берегу - А это издержки на том берегу,
твой боевой матерьял...
Но ты оглянулся, рыжий пират, -
решил свою участь сам.
И испанский наместник, блестящий гранд,
не поверил своим глазам:
словно забыв, что живем лишь раз,
что мертвецам не встать,
Арудж Барбаросса отдал приказ
форсировать реку вспять.
Нет, не застыла стеклом вода,
не смолк прибоя раскат,
но шел генерал умирать туда,
где умирал солдат.
Неравный бой, беспощадный бой,
безнадежный короткий бой!
Исход подтвержден испанской трубой -
и день померк голубой.
...Погиб. Да главное - не один.
И более - ничего.
А младший брат его Хайраддин
был много умней его.
Он нажил то, что растратил брат,
а главное - твердо знал,
что должен погибнуть в заслоне солдат,
чтобы ушел генерал.
...Когда Христа придет торжество,
то, оттеснив Петра,
сядет по правую руку Его
рыжебородый пират -
за то, что не знал на издержки цен,
наивен, неповторим!
А мы говорим: компромиссы, цель,
жертвы, - мы говорим.
А мы говорим, говорим, говорим,
черт бы нас всех побрал!
Пойдем в огонь и в огне сгорим -
уйдет один генерал.
Приводим примеры из мудрых книг,
как черпаем воду из луж - из третьих, из сотых рук!..
Но небо навек запомнило миг Небо, навеки запомни миг,
когда оглянулся Арудж.
©
Сергей Бережной Евгений Лукин
отсюда. Серым выделено то, что напечатано на сайте. Вместо этого я напечатала то, как оно было спето на одном из Зилантов - потому что вертится, естессно, песня.
Я не говорю, что оно идеально с точки зрения стихов - но я уже пару недель не могу отделаться от этой баллады. Вертится и вертится...
upd: Уточнение от
Бережного: "Песня Лукина, изменения в тексте Женя одобрил и разрешил мне исполнять именно в таком варианте."
Кому-то идти в заслон.
Это войны жестокий закон,
старый, как мир, закон.
Кто отменит его? Когда?
Какой небывалый бой?
Скорее стеклом застынет вода
и песню прервет прибой.
Взрывая мосты, заступая пути,
простой солдат умирал,
чтоб основные силы спасти,
чтобы ушел генерал.
...Вел мавританский шальной отряд
менее тысячи душ
Арудж Барбаросса, рыжий пират,
рыжебородый Арудж.
Не ради веры, но ради вин,
золота, каторжан
он шел, не щадя ни храмов, ни вилл,
ни грандов, ни горожан.
Испанские части наперехват
двинулись с трех сторон,
но рыжий дьявол, рыжий пират
в жертву принес заслон.
...Сзади - река. Впереди за леском -
блики испанских лат.
Ну что же, велит умереть закон.
Иди и умри, солдат.
Последний удар вслепую обрушь,
проклятья хрипя врагу!
Не правда ли, счастлив ты, что Арудж
уже на том берегу?
А он оглянулся в бегущей толпе,
от остальных отстал -
и вдруг запрокинул в злобной тоске
бешеный свой оскал...
...Иди, не оглядываясь, вперед,
мой гений, мой господин, -
там ждет тебя твой галерный флот
и младший брат Хайраддин.
Урок переправы ты дал врагу,
ни слитка не потерял.
А те, что остались на том берегу - А это издержки на том берегу,
твой боевой матерьял...
Но ты оглянулся, рыжий пират, -
решил свою участь сам.
И испанский наместник, блестящий гранд,
не поверил своим глазам:
словно забыв, что живем лишь раз,
что мертвецам не встать,
Арудж Барбаросса отдал приказ
форсировать реку вспять.
Нет, не застыла стеклом вода,
не смолк прибоя раскат,
но шел генерал умирать туда,
где умирал солдат.
Неравный бой, беспощадный бой,
безнадежный короткий бой!
Исход подтвержден испанской трубой -
и день померк голубой.
...Погиб. Да главное - не один.
И более - ничего.
А младший брат его Хайраддин
был много умней его.
Он нажил то, что растратил брат,
а главное - твердо знал,
что должен погибнуть в заслоне солдат,
чтобы ушел генерал.
...Когда Христа придет торжество,
то, оттеснив Петра,
сядет по правую руку Его
рыжебородый пират -
за то, что не знал на издержки цен,
наивен, неповторим!
А мы говорим: компромиссы, цель,
жертвы, - мы говорим.
А мы говорим, говорим, говорим,
черт бы нас всех побрал!
Пойдем в огонь и в огне сгорим -
уйдет один генерал.
Приводим примеры из мудрых книг,
как черпаем воду из луж - из третьих, из сотых рук!..
Но небо навек запомнило миг Небо, навеки запомни миг,
когда оглянулся Арудж.
©
отсюда. Серым выделено то, что напечатано на сайте. Вместо этого я напечатала то, как оно было спето на одном из Зилантов - потому что вертится, естессно, песня.
Я не говорю, что оно идеально с точки зрения стихов - но я уже пару недель не могу отделаться от этой баллады. Вертится и вертится...
upd: Уточнение от
no subject
no subject
no subject
Date: 2004-10-15 03:12 pm (UTC)no subject
Date: 2004-10-15 03:25 pm (UTC)no subject
Date: 2004-10-15 03:34 pm (UTC)no subject
Date: 2004-10-15 03:53 pm (UTC)А вот случайно подобранную фразу из "Бездны голодных глаз" узнала, и описала контекст. О чем нам это говорит? Да ни о чем особо :-)