Рудольф Баренский, "Эстонские стоны - 1"

По красной долине проносятся кони.
По белой долине проносятся ветры.
И свет серебристый гуляет вдоль улиц
И тростью стучит по гранитному камню.

Луна выплывает над робким пространством
И странная птица торчит на березе
В старинном цилиндре над белой манишкой,
В высоких ботинках на толстой подошве.

А там, где холмы, как монахи, сутулясь,
Холодное небо качают в ладонях,
Тяжелые тучи в тевтонских доспехах
Подъемлют штандарты свои жестяные.

О город, не знающий часа столетья,
Костельною костью терзающий души.
Слепой не увидит, а зрячий поверит,
И нищий свое ремесло не оставит.

Но в полночь сова опереньем смолистым
Во тьме прошуршит над окном вертикальным,
И стрелки часов, что на ратуше сонной,
Безжалостно клювом она передвинет.

И вынесет море высокую шхуну
Туда, где на отмели камни и слезы,
Где сосны идут босиком по обрыву,
Где таинство жеста не знает пощады.

И вынесет море звезды нетерпенье,
Латунную музыку тихого света,
Слепую удачу бессмысленных странствий,
Чей след на песке побережий затерян.

Неужто скитанья приносят свободу,
А в посохе истина мертвых столетий,
И парусом движет не жажда открытий,
А жажда наживы и темных подвалов?


Ну что, летописец, доволен ты ложью,
Талантом обмана, пером и бумагой


По красной долине проносятся кони.
Слепой не увидит, а зрячий поверит.

Дневниковое.

Дано: завтра пересдача экономики (спасибо добрейшей Вике, которая помогала мне готовиться). Завтра же нужно подавать работу. Напарница в Крайот, соответственно, работу оформляю, распечатываю и кладу учительнице в ящик я. Напарница должна перед этим мне эту работу прислать. Полдвенадцатого ночи. Файла в ящике нет. Вставать мне нужно где-то в полседьмого. Нехорошо как-то получается...
Готовой себя не чувствую. ( ипохондрическое отступление )

В общем, голова сегодня весь день ныла. Ничего не помню.

Ругайте меня, пожалуйста, завтра с 10 до 13 где-то.